Пермь °
60,86
75,4
Ольга Ковтун
21.07.2016
Здравоохранение до последнего: увольнение главврача вскрыло реальное состояние пермской медицины

Такого не припомнят старожилы: главврач публично заявляет о своём увольнении из-за «полного уничтожения первичной медико-санитарной помощи сельскому населению Соликамского района».

Сам дурак

— В моей больнице практически свёрнуто всё оказание помощи, — рассказал Андрей Лукьянченко радиостанции «Эхо Перми». — В стационаре у меня пустая аптека. У меня нет денег на приобретение лекарств. Нет денег на бензин, многомиллионные долги. Я с ноября пытался записаться на приём к министру, чтобы просто обсудить эти проблемы. Но нет. Она всё откладывает. Больше чем через полгода мне, наконец, удалось записаться на приём. Я приезжаю в Пермь за 200 км, и мне уже на подъезде к Перми сообщают, что меня принять не смогут. А в этом месяце случилась такая ситуация, когда я не знал, как выплатить людям заработную плату. Может быть, где-то я и сам недорабатываю. Но ведь помощи никакой. Даже советом. Одно только: «Гоните! Делайте! План выполняйте! Цифры давайте!». По-другому достучаться до министерства я просто не мог.

Реакция министерства оказалась прогнозируемой: в стиле «сам дурак». В опубликованном в блоге главы минздрава, вице-премьера краевого правительства Ольги Ковтун сообщении главврача, который совмещал этот пост с должностями врача и старшего врача станции скорой медицинской помощи, обвинили в коррупции: «При сверке табелей учёта рабочего времени установлено, что в феврале 2016 года суммарное количество отработанных Лукьянченко А. В. часов в двух учреждениях составляло от 25,7 до 27,7 часа в сутки. В сутках не 27 часов, да и без перерывов на сон и еду любой, даже самый могучий человеческий организм, прожить не может». Совмещала несколько ставок и его жена, суммарно супруги трудились на 2,25 ставки каждый. Эти факты, по словам Ольги Ковтун, проверит прокуратура. Так обычная для врачей практика совмещения с подачи чиновницы стала коррупционной.

«Фронтовики» подтверждают

Андрей Лукьянченко громко заявил о том, что говорят эксперты «Общероссийского народного фронта» уже больше полугода: с 2015 года показатели здоровья населения постоянно ухудшаются, и связано это с недофинансированием первого звена здравоохранения. Медицина становится всё менее доступной — сложно попасть на первичный приём, не хватает узких специалистов, коек в стационарах, больницы и ФАП постоянно «оптимизируются».

По данным ОНФ, в 2016 году на территории края бюджет поликлиник сократился в среднем на 7,5%. Урезание финансирования отдельных медучреждений достигло 30 млн руб. Причём от сокращений больше всего пострадали больницы, расположенные в наиболее удалённых от краевой столицы территориях.

Урезается и финансирование скорой помощи, из-за чего приходится сокращать и бригады, и расходы на автопарк. Наибольшее сокращение бюджета станций скорой помощи — на 44% зафиксировано в том самом Соликамске, где главврач ездил на вызовы, за что его обвинили в коррупции.

Медицинское банкротство

Глава исполкома пермского отделения ОНФ Евгений Симакин считает, что такой подход к финансированию больниц грозит банкротством территориальному Фонду обязательного медицинского страхования.

— Ситуация такова, что большинство больниц имеют задолженность, как текущую, так и просроченную. По просроченной задолженности уже есть исполнительные листы, которые грозят тем, что счета больницы могут просто закрыть, — рассказал Евгений Симакин «МВ». — Фонд через страховые компании начинает их излишне авансировать. Учреждения платят текущие платежи, текущую задолженность и просроченную задолженность. Но мы в рынке, а это означает перекредитовку без увеличения объёма выполненных работ и соответственно без увеличения денежных потоков. То есть в следующий раз их авансировать надо будет ещё больше. Получается замкнутый круг: нет доступности медицинской помощи — мало клиентов; мало клиентов — мало денег; мало денег — маленькие зарплаты, врачи уходят, и опять же мы возвращаемся к тому, что нет доступности медицинской помощи. По моему мнению, фонд ОМС находится в предбанкротном состоянии, и денег в лучшем случае хватит до конца года. В следующий год мы всё равно уйдём с долгами.

Проблема, по мнению Евгения Симакина, в том, что ТФОМС не персонифицировано подходит к формированию нормативов финансирования разных больниц:

— В центральных районных больницах разные расстояния до ФАП и разное их количество. В тарифе на пациента заложены в том числе и заработная плата, и деньги на содержание имущества. И если, предположим, краевой больнице при их потоке пациентов полученных денег хватает с лихвой, то ЦРБ в каком-нибудь Кочёвском районе — это малое количество пациентов, а содержание имущества обходится в 10, а то и в 20 раз дороже. И при формировании тарифов эти индивидуальные вещи никто не считает. Поэтому одни больницы живут нормально, потому что у них большой поток пациентов и небольшой имущественный комплекс, а у других — огромные расстояния до ФАП (бензин, транспорт), которые сжирают всю прибыль.

Директор ТФОМС Пермского края Антон Бахлыков, которого считают фигурой, приближённой к Ольге Ковтун, в ответ на вопросы «МВ» заявил, что фонд ОМС по определению не может быть банкротом:

— Обязательное медицинское страхование является практически безрисковым. Риск незапланированных расходов может возникать лишь в случае каких-либо чрезвычайных обстоятельств. Эпидемий и стихийных бедствий, насколько всем известно, в Пермском крае не было. То есть потребность населения в медицинской помощи не превышает среднестатистических показателей. Перед территориальными фондами ОМС государство поставило задачу обеспечить людям доступную медицинскую помощь и оплатить её. Мы возместим все затраты больниц и поликлиник по лечению пациентов, ресурсов для этого достаточно.

Единственной объективной причиной недофинансирования медучреждений Антон Бахлыков считает рост стоимости медикаментов и расходных материалов, а остальное списывает на недостатки планирования:

— Мы знаем, что в некоторых отделениях больниц образовалась очередь на госпитализацию, а есть стационары, где в палатах пустые койки, – пояснил Антон Бахлыков. – Но это уже вопросы эффективного планирования. Содержание медучреждений не относится к ОМС, мы оплачиваем медицинскую помощь по единым для всей страны тарифам. Знаем, что есть объективная разница в расходах крупных городских клиник и сельских участковых больниц (коммуналка, налоги и т.д.) При расчётах мы учитываем все особенности: половозрастные, климатические, территориальной расположенности, плотности населения. Это серьезная работа, далеко не сметное финансирование. Кроме того, доходы больниц формируются не только за счет средств ОМС, а еще за счет бюджетных ассигнований и поступлений от платных услуг.